Кабели и провода: производство и поставки
15:17 Бесплатный билет на MosBuild по промокоду
13:16 «Промышленная Светотехника – Петербург»: новое качество света для города на Неве
11:16 Как работает IoT-платформа от Bosch? Расскажут 27 марта в Москве
09:13 SILAS Smart — интеллектуальный способ измерения и контроля потребления энергии

Быть смертным: Что влияет на здоровье людей

28.02.2019 16:32

На вопросы о жизни, смерти и здоровье отвечает профессор философии, биоэтик и исследователь Хильде Линдеманн (интервью журналу New Philosopher).

Какую ответственность несет общество за здоровье своих людей? Где индивидуальная и общественная ответственность начинаются и заканчиваются?

Здоровье зависит от ряда факторов, и доступ к здравоохранению является лишь одним из них. Развитые общества обеспечивают достойный минимум медицинского обслуживания для всех, включая неграждан страны, но кроме этого, они также предоставляют такие вещи, как чистая вода, жилье для бездомных, адекватное питание, правила безопасности на рабочих местах и так далее. Интересно, что в странах, где разрыв между богатыми и бедными относительно невелик, независимо от того, насколько бедна страна в целом, результаты в отношении здоровья лучше для всех — даже для бедных.

Более высокий уровень образования также коррелирует с лучшим здоровьем, поэтому, если бы общество предоставляло доступ к качественному образованию для всех, здоровье людей улучшилось бы. Оказывается, лучший способ удержать бедных женщин от рождения детей, которых они не хотят и не могут обеспечить, это обучать их. Конечно, доступ к контрацепции также является социальной ответственностью, которая способствует здоровью женщин. А контроль над оружием был и остается обязанностью общественного здравоохранения, от которой американцы, например, продолжают уклоняться.

Несомненно, люди также несут ответственность за свое здоровье, хотя между социальной и индивидуальной ответственностью нет четкой грани, поскольку для многих людей ответственность за такие вещи, как физические упражнения и разумная диета, может быть практически недостижимой. Я имею в виду, например, так называемые продовольственные пустыни, которые можно найти в маленьких городах и в сельской местности, где нет супермаркетов, а есть небольшие магазинчики, торгующие в основном нездоровыми продуктами питания для людей, у которых нет транспортных средств.

Женщинам, в частности, довольно трудно заниматься физическими упражнениями, например, бегать, если небезопасно находиться на улице в одиночестве в их части города. И проблема ожирения — это прежде всего не то, за что люди несут ответственность, если вы живете в обществе, где вы должны ехать на работу на машине, а затем много часов работать за столом, и у вас нет достаточно времени, чтобы готовить правильные питательные блюда ежедневно, то вы полагаетесь на фаст-фуд и еду на вынос.

Что делает общество здоровым?

Я думаю, что индивидуальная и социальная ответственность очень тесно переплетены друг с другом... Очевидно, что загрязняющие окружающую среду вещества наносят огромный ущерб здоровью человека. Токсины, попадающие в грунтовые воды через стоки промышленных производств, кислотные дожди, химические отложения, разливы нефти, свинцовая краска, асбест и выбросы от углеродистых видов топлива — вредны для здоровья людей.

В этом смысле, я полагаю, вы могли бы сказать, что общество, изобилующее такими загрязнителями, является нездоровым обществом, где "здоровье" доступно только "верхушке" общества. Но, как я говорила ранее, многие социальные факторы приводят к ухудшению здоровья, в том числе большой разрыв между богатыми и бедными, неадекватное образование, ограниченный доступ к пресной воде и все остальное.

Я думаю, важно помнить, что "здоровый" часто используется в качестве нормативного термина там, где необходимо сказать о какой-либо моральной характеристике. В этом смысле люди говорят о здоровой экономике, здоровых расовых отношениях, здоровой демократии. Но я думаю, что гораздо лучше использовать слово "хороший", когда мы говорим о чем-то "хорошем", а слово "здоровый" оставить для определения "хорошего физического функционирования людей".

В каких областях наше общество нуждается в лечении?

Конечно, мы говорим метафорически, но совершенно ясно, что то, как мы относимся к нашим детям, нельзя назвать "здоровым" отношением. Если вы посмотрите на такую страну, как Франция, где при рождении ребенка предусмотрен достаточный оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком и хороший дневной уход, финансируемый государством, дети становятся счастливыми.

Согласно новому исследованию ЮНИСЕФ, в США почти треть детей живет в бедности. Или, можно сказать так: моя страна занимает 36 место в рейтинге из 41 развитой страны, включенной в доклад ЮНИСЕФ. Это 24,2 млн детей, и их число ежегодно увеличивается. Бедность очень вредна для здоровья детей, и не только потому, что эти дети голодают и болеют из-за проживания в не лучших условиях, но и потому, что их школы не в состоянии обеспечить даже самое базовое образование.

Все знают, что скорость, с которой мы заключаем в тюрьму молодых людей в США, особенно за ненасильственные преступления, выше, чем где-либо еще в мире. Это кажется мне ужасно нездоровым так же, как наше относительное отсутствие социальной защиты для бедных и наше нежелание переходить с ископаемого топлива на чистую энергию. Связывание пользы для здоровья с работой, как мы делаем это в США, особенно тяжело для женщин, которые чаще, чем мужчины, сокращают занятость или вообще отказываются от нее, чтобы иметь возможность заботиться о своих маленьких детях или хронически больных членах семьи. Это также тяжело для работающих бедных людей, которые могут быть заняты на трех работах, но ни на одной из них не имеют пособий по медицинскому страхованию, поэтому любое серьезное заболевание приводит их к нищете.

Помимо воздействия на окружающую среду, лекарств, химических веществ и побочных продуктов, попадающих в биосферу, с какими еще этическими проблемами мы сталкиваемся в эпоху фармацевтики?

Одна большая проблема заключается в том, как лекарства проверяются. Чтобы получить одобрение FDA на их продажу, лекарство должно пройти этическую проверку IRB, но часто эксперты IRB не являются независимыми, а работают в фармацевтической компании. Возникает серьезнейший конфликт интересов. Лекарства тестируются часто на бездомных или очень бедных людях, которым катастрофически нужны деньги на жизнь, и во время тестов об этих людях никто не заботится должным образом.

Другая проблема заключается в том, что в США, к примеру, где страховые компании решают, что может быть покрыто, а что нет, страховка не будет покрывать "разговорную терапию", потому что она занимает много времени и очень трудоемкая, таким образом, пациенты не получают необходимую помощь.

Третья проблема заключается в том, что пациенты старых психиатрических больниц, закрытых в начале 1970-х годов, должны были обслуживаться в общественных центрах психического здоровья, которые финансировались неадекватно, что означает, что у пациентов могут быть большие трудности с получением доступа к помощи, которая им необходима.

Четвертая проблема связана с наркозависимостью. Многие реабилитационные центры не принимают беременных женщин с наркотической зависимостью. Одно из последствий этого — многие женщины, большинство из которых темнокожие, оказались в тюрьме вместо того, чтобы получить помощь для себя и своих детей. Появлялись сообщения о том, что такие женщины рожают в наручниках, а затем их арестовывают за доставку нелегальных наркотиков своим детям через пуповину. Все это должно прекратиться.

Допустим, медицина внезапно делает прорыв: ключ к вечной молодости найден, и теперь мы можем жить вечно. С какими этическими проблемами мы столкнемся? Что будет с будущими поколениями?

Некоторые философы, которые писали об этом (в частности Томас Нагел), утверждают, что смерть — это величайший вред, который может быть нанесен любому, потому что это конец всех благ действия и опыта. Одни хотят бессмертия. Другие не хотели бы жить вечно, рассматривая смерть как часть жизни и полагая, что все, включая человеческую жизнь, должно заканчиваться.

С возрастом я обнаруживаю, что больше не могу не отставать от духа времени, так как я могла это делать до сорока лет, — я не слежу за музыкальными новинками или другими частями молодежной культуры, как когда-то. Я думаю, что я устала от жизни, и мне нравится идея о том, что в жизни есть ритм, в котором мы все участвуем.

Преждевременная смерть — это трагедия, но я не думаю, что смерть в конце нормальной человеческой жизни должна восприниматься с болью и негодованием. Мы, люди, можем только принять столько, сколько нам дано, и в должное время нам всем пора уходить. В новой книге Атула Гаванде "Быть смертным" он говорит, что врачи, в том числе и он сам, ошибались в том, какова роль доктора. Вместо того чтобы делать все, что в их силах, чтобы вылечить своих пациентов и предотвратить смерть, пока не останется ничего, что они могут сделать, он утверждает, что врачи должны помочь своим пациентам принять круговорот жизни и работать, чтобы помочь им жить так, как они могут, до того, как придет их время умереть.

Это мнение поддерживается в медицинской и биоэтической литературе более тридцати лет, но медики, кажется, нуждаются в том, чтобы слышать это неоднократно. Чрезмерное лечение в конце жизни — реальная проблема, вызванная отчасти тем, что врачи не подготовлены к состоянию "быть смертным" в уходе за умирающим, а отчасти потому, что специалисты не думают о пациенте как о человеке. Они пытаются восстановить функцию в конкретном органе или системе, на которой они специализируются. До тех пор, пока врачи считают смерть личным поражением, я боюсь, что слова Гаванде не получат того, чего заслуживают.

Что мы можем сделать, чтобы внести свой вклад в здоровое общество?

Мы можем голосовать! Нам нужны политические лидеры, которые будут работать над предотвращением изменения климата и распространения оружия в обществе, а также будут заботиться о детях, нужны лидеры, которые будут уделять больше внимания бездомным (предоставлению им жилья и т. п.), сокращению разрыва между богатыми и бедными, предоставлению больших ресурсов для образования, а также развитию экономической политики, которая создаст лучшую работу для большего количества людей, закрытию тюрем до тех пор, пока в них не останутся только те, кто представляет опасность для других.

Как профессор, я могу научить своих студентов критически и хорошо думать о социальных факторах, которые приводят к ухудшению здоровья, и о том, как их улучшить. И я могу внести свой вклад, чтобы не заставлять моих врачей ставить мне диагнозы, которые не влияют на лечение или процедуры, которые чрезмерно дороги.

Я могу согласиться с тем, что однажды умру и не буду сопротивляться этому любой ценой. И я могу посвятить свое время и таланты, делая свой вклад, чтобы сделать мое общество хорошим для тех, кто приходит за мной.

Читайте также: О чем молчат патологоанатомы

Быть в курсе самого интересного с ZZA! — можно, подписавшись наш Telegram!

Источник

Читайте также